• Путеводитель по развитию
  • Эксперты
  • События
  • Публикации
  • Направления
  • Мой перверзный папаша

    Просмотров 93

    Мой перверзный папаша

    Я заметила, что многие из вас, имеющие детей от перверзных, опасаются, что им передадутся худшие черты их папаш. Тем более, что вроде как ученые не пришли пока к единому мнению, отчего люди становятся психопатами, и придерживаются, в числе прочих, и версии о том, что психопатами не становятся, а рождаются.

    Я скептически отношусь к этой версии. Как сказала Шура в «Самой обаятельной и привлекательной», «ЭВМ-то она ЭВМ, но у меня вообще-то, мозги, а не перфокарты». Я не случайно расспрашиваю вас о семье и детстве ваших перверзных — мне хочется понять, «откуда есть пошла». И пока в моей копилке историй нет ни одной, где бы перверзный «образовался» на ровном месте. Родился эдаким Дэмьеном с татуировкой 666.

    Читательница Лариса очень подробно рассказала о своем перверзном отце, взаимоотношениях в семье, а также — какими они с сестрой выросли в этой обстановке. Лариса, большое вам спасибо, что нашли в себе силы и мужество копнуть самые болезненные воспоминания и поделиться с нами.

    «Я не знаю, можно ли считать жертвой абьюза ребенка, который вырос в семье, где отец перверзный, а мать жертва. Но судя по мне и моей сестре Ане, это в любом случае накладывает свой отпечаток на психику.

    Моя мать была шикарной женщиной 23-24 лет, судя по фото и по тому, что из маленькой деревни она оказалась в строящемся городе-алмазнике Нерюнгри. К тому временем она была разведена, и на руках у нее была 4-летняя дочка - моя старшая сестра Аня.

    На момент знакомства с отцом у мамы был ухажер, который был в нее влюблен, предлагал ей замужество и эмиграцию. Судя по тому, что мать очень тепло о нем отзывалась, у нее тоже были нежные чувства к нему. Кстати, этот мужчина якобы был лучшим другом моего отца...

    И вот она уехала в командировку и предложила этому «лучшему другу», как приличному знакомому студенту, пожить у нее, потому что в общежитии шумно и нельзя готовиться к экзамену. Когда она вернулась, дома было убрано, приготовлено покушать, отец сидел за учебниками. Ее это сразило наповал. Ведь все вокруг гуляли, пили, меняли женщин...

    Потом оказалось, что несмотря на 22 года, у него никогда не было женщины. Наверно, это тоже стало для мамы одним из крючков, хотя я и не очень верю в его девственность.

    Это официальная версия того, как они сошлись. Но из обрывков разговоров я поняла, что крутился он возле мамы давно. Сестра говорила, что видела его письмо к матери из армии. Но пока уточнить это невозможно.

    Как только у родителей начались отношения, отец запретил маме встречаться с бывшим мужем, а Ане, соответственно, с отцом. Когда тот приходил, они дрались, отец спускал его с лестницы. По маминым словам, он это оправдывал тем, что теперь Аня - его дочь и что этот мужчина недостоин находиться рядом с его «девочками», т.е. мамой и Аней.

    Так было, пока не появилась я. После моего рождения отец начал бить и унижать сестру. Именно бить, а не избивать. То есть не было синяков, побоев палками и т.п. У него в отношении Ани была "замечательная" тактика, которую я наблюдала не раз. За любую шалость, провинность он ее чмырил. В процессе затаптывания в грязь сестра начинала реветь, он за это давал ей подзатыльник или шлепок по заднице. Вроде не критично. Но если учесть, что до этого он ее уже уничтожил морально своим чмором (а ее - это маленького ребенка!) и то что он дядька в 180 см и под 150 кг веса, то один шлепок или подзатыльник выглядел ужасающе даже для моей психики, а что уж говорить о крошечной девочке, над которой висит эта гневная гора.

    Раньше я недоумевала, а почему мама не защищала сестру. Но, наверное, она к тому времени была сломана. Как-то сестра разоткровенничалась и пересказала мне их с мамой разговор. Сестра тогда спросила у мамы, когда та впервые почувствовала, что что-то не идет неправильно. И мама рассказала.

    Я была тогда младенцем, от силы полгода. Советское время, строящийся город, лютая (без преувеличения) зима, жили на окраине. Я заболела. Не знаю, почему врачей не вызвали, почему участковый не пришел. Сейчас есть подозрения, что он не вызвал или не дал вызвать. К ночи у меня поднялась температура 40. Мама в истерике. До больницы далеко. Машины нет. Она обратилась за поддержкой к отцу. Тот психанул и сказал: это твои проблемы. Лег на диван, развернулся к ней спиной и типа уснул.

    Мама вызвала скорую. Когда приехали врачи, отец не то что не встал с кровати, а даже не обернулся. Мне сделали укол, к утру температура спала. Отец ушел на работу, после работы вернулся, как ни в чем не бывало. Мама говорит, что просто не знала что сказать. Ссориться? Но на руках грудной ребенок, старшей шесть лет, да и вообще - не такой уж он и плохой: деньги приносит, за молоком ребенку исправно ходит, сюсюкается с ним.

    Когда я уже стала взрослой, то много раз видела такие завинчивания гаек. Скандал на пустом месте, как будто спровоцированной мамой, потом игра в молчанку, потом подношения типа цветов. Помню, после очередного такого скандала и примирения родители сидели обнявшись, а я смотрела на них из-за стола и думала: "Почему так мирно не может быть все время?" А отец увидел мой взгляд и спросил:"Ну что, нравится, когда родители не ссорятся? Вот видишь, Люся, (это моя мама), ребенку нравится. Так что хватит уже твоих истерик, подумай о детях".

    Что ж удивляться тому, что я считала, будто в скандалах виновата мать? А ведь я была уверена, что это по ее вине с периодичностью раз в неделю у нас дома играют в молчанку! Но при этом я почему-то не принимала во внимание, что инициатива примирения всегда исходила от нее.

    Все мое детство, я помню, он уничтожал мою мать . Он неоднократно в моем присутствии называл ее дурой, нивелировал все ее заслуги. И пока я не заинтересовалась темой абьюза, я не уважала свою мать. Считала ее пустой. Потому что отец мне вбил это в голову.

    Был случай, сидим на кухне, печем всей семьей пирожки. Периодически у нас были такие образцово-показательные выходные. Что-то вместе готовили, а потом вместе же смотрели фильм. После такого дня в обязательном порядке был скандал и неделя игры в молчанку.

    Так вот, в один из таких дней мама пошутила: вот, родишь, внуков будем нянчить, буду пирожками их кормить. Мне было лет 16. И я в шутку папе сказала: а ты, папа будешь учить в шахматы играть. И в этот момент он с холодной-холодной улыбкой и безэмоциональными глазами сказал: нахер мне твои выродки нужны, если хоть раз ко мне привезешь, я даже не взгляну ни на них, ни на тебя потом. Меня тогда в страхе скрутило. И я помню, подумала: пока он жив, я рожать не буду.

    Еще один случай был. Самый страшный для меня до сих пор. До того раза отец ни разу не поднимал руку на маму. Во всяком случае так, чтобы я об этом знала. Мне тогда было около 13-ти. Был какой-то праздник, мы пришли из гостей. Насколько я поняла, в гостях папа как-то фривольно вел себя с другой женщиной, и маме это не понравилось.

    Я сидела в своей комнате и слышала, как они ругаются. Отец очень громко кричал. Мама плакала. А потом несколько глухих ударов и тишина. Я выбежала в зал и увидела, что отец расслаблено сидит в кресле, а мама у его ног без сознания. Это очень страшно выглядело. Грузный, высокий отец развалился в кресле, а мама... Она миниатюрная, где-то 1.55. И вот она лежит без сознания.

    Я помню, что когда подбежала к ней, то все, о чем могла думать: он ее убьет. Это читалось в его глазах. Я села около мамы и начала причитать: мамочка, не умирай, мамочка, не умирай. Крови не было, но она была очень бледная и мне казалась холодной. Минут через пять он встал и перенес ее на диван. Я стояла на коленях рядом с ней.

    Мне казалось, прошла вечность, прежде чем мама очнулась. Но, когда она очнулась, мне показалось, что она сошла с ума. Она увидела меня, вскочила на ноги и начала кидаться на отца. Кричала, чтоб он ее убил, что он ей осточертел.

    Это было очень страшно. Он ее бил. По голове. После третьего удара я упала перед ним на колени и попросила не трогать маму. Тогда, мне кажется, мама пришла в себя, схватила меня за руку, и мы ушли из дома к друзьям.

    Пару дней мы прожили у друзей. Он нас вроде даже пытался искать. Когда вернулись домой, он строил из себя обиженного. Мама не признавалась, где мы были. Тогда он встал надо мной и начал прессовать. Я помню дикий, животный ужас внутри. Мне казалось, что если я ему сейчас не скажу, от меня ничего не останется, и не только физически. Вот именно это ощущение возникает у меня каждый раз, как кто-то говорит со мной на повышенных тонах. Я, конечно, все ему рассказала, хотя обещала маме молчать.

    После того случая я почему-то стала спать с ключом от квартиры на шее. Я боялась, что если нам снова с мамой придется уйти, то нужно будет, пока он на работе, вернуться, поесть и взять теплую одежду. Пару раз это пригодилось.

    Мы с мамой неоднократно потом сбегали на день-два из дома. Но больше никогда не прятались у друзей. В основном, отсиживались в лесу или поле. Один раз целую неделю снимали квартиру в соседнем поселке. Я помню, что ту неделю мама была намного счастливее, да и я тоже.

    Когда я училась классе в 8-9-м, у мамы появился любовник. Папа тогда был на вахте, и к нам стал захаживать ее начальник. Сестра понимала и поддерживала ее. А у меня случился нервный срыв, потому что мой детский мозг не мог понять, как так возможно, ведь она должна любить только папу. После моего срыва мама с ним рассталась. Меня сейчас мучает за это чувство вины.

    Однажды отец пришел и сказал Ане, что уходит в гараж и что искать его, если что, там. Я не помню, как события развивались дальше, мне было лет 12. Я только знаю, что мама и коллега отца нашли его в закрытом гараже, с работающей машиной. То есть, он якобы пытался покончить жизнь самоубийством при помощи угарного газа. Его тогда откачали. Сколько еще таких незаконченных самоубийств было - я не знаю.

    Когда я поступила в университет на платное, денег в семье стало катастрофически не хватать, отец начал работать в северных городах, и мама ездила везде с ним. Я не знаю, как они жили в этот период. Но знаю, что мама не работала, болела часто и много. У нее был микроинсульт, но отец даже не вызвал ей скорую. До сих пор не понимаю, как мама выстояла за 28 лет брака...

    Последний город, в который они поехали вместе, был Хабаровск. Там они проработали два года. Я видела их раз в год и всего пару дней. Я как-то интуитивно не хотела общаться с ними. Было ощущение, что что-то больное в моей семье, до жути больное. Но сформулировать я не могла. Да и не заморачивалась, я строила карьеру в крупном городе далеко от Омска, где мы последнее время жили.

    После первого года жизни родителей в Хабаровске я узнала, что у мамы появился мужчина. Я почему-то тогда ясно поняла, что она изменилась, и что это точно приведет к разрыву отношений с отцом. И еще я интуитивно, экстрасенсорно поняла, что как только мама уйдет, он покончит жизнь самоубийством...

    Вспомнилась одна деталь. В это время отец устраивался на новую работу. А занимал он довольно высокий пост на добывающих предприятиях. Поэтому для устройства на работу требовалась справка о психическом здоровье. И вот, при прохождении медкомиссии ему эту справку не дали! Врач сделал заключение, что он психически невменяем и опасен для окружающих. Ему пришлось покупать эту справку.

    В 2010 году мама заявила папе, что разводится. Она осталась в Хабаровске со своим новым мужчиной. Отец вернулся домой, в Омск. А через несколько дней мне в шесть утра позвонила сестра и сказала, что отец уже второй день по телефону грозит ей и маме, что покончит жизнь самоубийством. Это была очередная манипуляция, чтобы заставить мать передумать. А когда мама отключила телефон, он стал названивать сестре. Говорил, что это она виновата, что она маму настроила и прочую подобную чушь.

    Я ему звонила сама. Упрашивала, умоляла, кричала. Но ему было плевать на меня с высокой колокольни. Разговор с сестрой был в шесть, а в девять утра я уже вылетела в Омск, и через семь часов была на месте. Из такси я позвонила отцу, умоляла приехать, поговорить со мной. Он пообещал, что встретит меня дома. Но потом позвонил сестре, сказал где его искать и попросил прощения. Потом поместил 20 литров бензина под только что купленную машину, оставил сумку со своими документами на расстоянии 10 метров от машины, поджег бензин и сел в машину. Умер он быстро, от удушения угарным газом. Родственники, знакомые практически пальцем показывали на нас, а на маму в особенности. Типа у хорошей жены муж не подожжет себя в машине...

    И если бы на этом все закончилось, то он был бы просто психически больным человеком, а не нарциссом. Но я до сих пор расхлебываю проблемы после его поступка!

    После гибели отца мама сказала, что будет жить с тем мужчиной. Я, взрослая женщина, сочла это за предательство и на три месяца объявила ей бойкот. Потом из-за оформления наследства мне пришлось начать общение. Но долгих пять лет с моей стороны оно было сквозь зубы. Я ненавидела ее, презирала всем существом. Я мозгами понимала, что она не виновата ни в чем. Но эмоции жили отдельно. Как загладить свою вину перед ней, я не знаю. Пока выбрала путь наибольшей откровенности с ней. Откровенность и любовь - я пока не знаю, как еще можно...

    Я винила ее ровно до того момента, пока не прочитала первую статью у проститутки Кэт из цикла про нарциссов. После нее у меня в голове словно все пазлики сложились, и я начала дышать. Вот правда, я прям помню момент, когда комок в груди разжался, и я задышала. И только тогда я осознала, какая мама у меня классная. Сколько в ней силы, если она прожив 28 лет с манипулятором, не сломалась окончательно! И как же больно осознавать, какая у нее могла бы быть жизнь, если бы не мой отец...

    Но кроме эмоциональных проблем, отец оставил проблемы юридические и материальные. На него была оформлена ипотека. Все за год накопленные не только им, но и мамой деньги он спустил на новую машину, в которой себя поджег. О трудностях оформления наследства квартиры с ипотекой, я умолчу. Мы до сих пор не можем закончить оформлять документы, хотя ипотека уже закрыта. То есть получается так, что хоть его и нет, но проблем он оставил гору. Это все-таки искусство — отравлять жизнь жертвы даже после своей смерти...

    Сейчас я пытаюсь рассказать все, что узнаю об абьюзе, маме. Ей пока трудно меня слышать, потому что она очень винит себя и не понимает, почему ее жизнь сложилась так бездарно (ее слова). Было страшно слышать это и видеть ее глаза. Там была не просто рана, а пустота, бездна, выжранная моим отцом. Ее нынешний муж очень заботится о ней. И мама изменилась, стала увереннее, моложе выглядит, ездит отдыхать.

    Наверно, мало кто меня сможет понять, но я рада, что история маминых отношений с манипулятором завершилась так. Я рада, что он закончил жизнь самоубийством, тем самым дав нам всем воздуха и сил быть счастливыми. И знаете, мне даже не стыдно за эти слова. Хотя, конечно перед родственниками и посторонними я продолжаю разыгрываю роль неутешной дочери. Просто, чтобы не было лишних вопросов".

    Таня Танк

    tanja-tank.livejournal.com
    Границы личности Насилие Справиться с болью
    Групповая психотерапияГрупповая психотерапия
    Нажми "Нравится" и читай нас в Facebook

    Понравилось? Поделись с друзьями!

    Понравилась статья?

    Подпишись на самые интересные статьи о семье и детях прямо сейчас!

    Комментарии

    Вы можете оставить комментарий, если зарегистрируетесь на сайте